К. обратился с административным иском к судебным приставам-исполнителям ОСП по г. Норильску о признании незаконными постановлений и акта о передаче нереализованного имущества, просил восстановить срок на его подачу, мотивируя тем, что он являлся должником по исполнительному производству о взыскании алиментов. В ходе исполнительного производства судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление о наложении ареста на принадлежащую ему 1/2 доли в праве собственности на квартиру, расположенную в г. Норильске, а в дальнейшем о передаче указанного имущества взыскателю. При этом К. не было известно, что арест на долю в квартире был наложен с целью обращения взыскания. Полагал, что при передаче имущества взыскателю судебный пристав-исполнитель не учел, что указанная доля в квартире является единственным пригодным для проживания жильем и иного жилья он не имеет.

Решением Норильского городского суда от 19.08.2024 в удовлетворении требований К. отказано в полном объеме.

Суд первой инстанции, впоследствии суды апелляционной и кассационной инстанции, отказывая в удовлетворении требований, указали, что в ходе исполнительного производства не были нарушены права К., поскольку об исполнительном производстве, возбужденном в 2014 году, ему было известно, как и было известно о наличии значительной суммы задолженности по уплате алиментов (более 800 000 рублей). На момент наложения ареста и передачи имущества на реализацию, К. являлся еще и собственником ¼ доли в квартире в г. Барнауле, отчуждение которой он произвел уже после реализации имущества в 2024 году.

У К. было достаточно времени для реализации своих прав как должника по исполнительному производству, в том числе, принять меры к погашению задолженности.